К 200-летию Ф.М. Достоевского. О гениальной политической прозорливости Ф.М. Достоевского

klyakinama

Патриот России, Ф.М. Достоевский предвидил многое, что теперь стало настоящей проблемой не только для России

В этом году исполняется 200 лет со дня рождения великого русского мыслителя Федора Михайловича Достоевского. Ф.М. Достоевский был не только писателем, философом, тонким психологом, но и государственным деятелем. Известно много работ, где он рассуждает о месте России в мире, о необходимости занять более высокое и прочное положение, о необходимости образования и обустройства российских территорий, и многие слова Ф.М. Достоевского удивляют точностью предвидения и обозначения широкого круга задач, стоящих перед его родиной.
Любое государство движется к прогрессу силами и чаяниями, мыслями и трудами лучших сынов, направляющих страну, определяющих ее путь. Федор Михайлович был великим сыном России, - его творчество изучается во многих учебных заведениях мира, а в Италии, где он провел много времени (в частности, в Италии был написан роман «Идиот»), уделяется огромное внимание личности и идеям писателя.
Ф.М. Достоевский оставил после себя огромное творческое наследие, среди которых его Дневники и Письма. В дневниках писатель, на наш взгляд, наиболее откровенен, - здесь он излагает свои взгляды на будущее России, ее роль, собственную точку зрения на миссию русского народа, как видит ее мыслитель.
В главе XVI Одна из современных фальшей Дневника за 1873 год Ф.М. Достоевский пишет: «Разве может русский юноша остаться индифферентным к влиянию этих предводителей европейской прогрессивной мысли и им подобных, и особенно к русской стороне их учений? Это смешное слово «о русской стороне их учений» пусть мне простят, единственно потому, что эта русская сторона этих учений существует действительно. Состоит она в тех выводах из учений этих в виде несокрушимейших аксиом, которые делаются только в России…».
«Только в России…!» - пишет Федор Михайлович, выделяя особое место России в мире, подчеркивая, что Россия – другая, отличная от других стран, идущая своим собственным, ни на что другое не похожим путем. Он пытается понять, определить и объяснить спектр развития России, еще только находящейся на пути самоопределения. Это потом будут и революции и новый для всего мира политический строй, впервые разработанный и испробованный Россией.
«Я на днях мечтал, например, о положении России как великой европейской державы, и уж чего-чего не пришло мне в голову на эту грустную тему! Взять уже то, что нам во что бы то ни стало и как можно скорее надо стать великой европейской державой. Положим, мы и есть великая держава; но я только хочу сказать, что это нам слишком дорого стоит – гораздо дороже, чем другим великим державам, а это предурной признак.» (Дневники писателя за 1873 год. XI. Мечты и грезы).
Эти строки в современной России читаются как нечто само собой разумеющееся, а время, когда Ф.М. Достоевский пишет их - еще XIX век, - Россия только-только избавилась от крепостного ига, еще большая часть народа неграмотна, забита и неустроена, все окраины еще удивляют безысходностью и нищетой.
И далее там же: “…Выходит у меня, что мы покамест всего только лепимся на высоте нашей державы, стараясь изо всех сил, чтобы не так скоро заметили это соседи. В этом нам чрезвычайно может помочь всеобщее европейское невежество во всем, что касается России… Огромный сосед изучает нас неусыпно и, кажется, уже многое видит насквозь. … Возьмите наше пространство и наши границы (заселенные инородцами и чужеземцами, из года в год все более и более крепчающими в индивидуальности своих собственных инородческих, а отчасти и иноземных соседских элементов), возьмите и сообразите: во скольких точках мы стратегически уязвимы? Да нам войска, чтобы всё это защитить, … надо гоаздо больше иметь, чем у наших соседей. Возьмите опять и то, что ныне воюют не столько оружием, сколько умом, и согласитесь, что это последнее обстоятельство даже особенно для нас невыгодно”, - рассуждает писатель о безопасности, окидывая мысленным взглядом бескрайность российских просторов, которые, он еще не знает, еще более расширятся после революции.
Патриот России, Ф.М. Достоевский предвидит многое, что теперь стало настоящей проблемой не только для России: «Теперь в каждые десять лет изменяется оружие, даже чаще. Лет через пятнадцать, возможно, будут стрелять уже не ружьями, а какой-нибудь молнией, какою-нибудь всесожигающею электрическою струёю из машины. Скажите, что можем мы изобрести в этом роде, с тем чтобы приберечь в виде сюрприза для наших соседей?», - понимает Федор Михайлович опасность, которая до сих пор еще является актуальной проблемой для страны.
Проблемы образования также получают освещение - «На просвещение мы должны ежегодно затрачивать по крайней мере столько же, как и на войско… .
Только узкая часть населения России тогда была образованна (правда, высокообразованна!), основная масса не имела даже начального образования. И перед страной, претендующей на статус великой державы, собирающейся сделать громадный шаг в собственном развитии, чтобы догнать остальные страны, задача всеобщего просвещения вставала остро, как одно из главных условий в достижении цели.
Ф.М. Достоевский предвидит и проблемы, с необходимостью входящие в задачу образования россиян, - например, проблема кадров, которых в огромной по размерам и населению России не хватит для покрытия потребностей в них:
Деньгами ни за что не купишь всего… . Деньгами вы, например, настроите школ, но учителей сейчас не наделаете. Учитель – это штука тонкая; народный, национальный учитель вырабатывается веками, держится преданиями, бесчисленным опытом. Но, наделаете деньгами не только учителей, но даже, наконец, и ученых; и что же? – все-таки людей не наделаете. Что в том, что он ученый, коли он дела не смыслит? педагогиии он, например, выучится и будет с кафедры отлично преподавать педагогию, а сам все-таки педагогом не сделается. Люди, люди – это самое главное».
И вот эта мысль автора (Люди, люди – это самое главное!) становится еще более актуальной особенно сегодня, в век цифровизации образования, когда искусственный разум может заменить все, включая учителя. То есть роль учителя в образовании молодого поколения Ф.М. Достоевскому видится несомненной, автор с прозорливостью гения предвидит проблему образования не только XIX века.
Предсказал Ф.М. Достоевский и некоторую сегодняшнюю политическую прослойку: «Наши западники – это такой народ, что сегодня трубят во все трубы с чрезвычайным злорадством и торжеством о том, что у нас нет ни науки, ни здравого смысла, ни терпения, ни уменья; что нам дано лишь ползти за Европой, ей подражать во всем рабски и ,в видах европейской опеки, преступно даже думать о собственной нашей самостоятельности… .».
Как показывает приведенная цитата, Федор Михайлович уже предвидел особенность нашей современной российской действительности, когда люди, политические деятели, живущие в России, воспитанные и вскормленные Россией, преклоняются перед другой страной, видят будущее своих детей на Западе, тогда когда могли бы принести пользу своей стране, сделать ее лучше, приложить силы и капиталы здесь, на Родине.
«Европейцу, какой бы он ни был национальности, всегда легче выучиться другому европейскому языку и вникнуть в душу всякой другой европейской национальности, чем научиться русскому языку и понять нашу русскую суть. Даже нарочно изучавшие нас европейцы, для каких-нибудь целей (а таковые были), и положившие на это большой труд, несомненно уезжали от нас, хотя и много изучив, но все-таки до конца не понимая иных фактов и даже, можно сказать, долго еще не будут понимать, в современных и ближайших поколениях по крайней мере. Все это намекает на долгую еще, может быть, и печальную нашу уединенность в европейской семье народов; на долгие еще в будущем ошибки европейцев в суждениях о России».
Европа и по сей день так же не понимает Россию, русская и европейская картины мира, ментальность, видение роли Европы в мире и политической роли России в мире не совпадают до сих пор.
В Дневниках за январь 1881 г. Ф.М. Достоевский пишет: «Какая необходимость …в Азии? Потому необходимость, что Россия не только в Европе, но и в Азии, потому что русский не только европеец, но и азиат. Мало того: в грядущих судьбах наших, может быть, Азия-то и есть наш главный исход!.. Да, если есть один из важнейших корней, который надо бы у нас оздоровить, так это именно взгляд наш на Азию».
Эти прозорливые слова мыслителя приобретают особую актуальность, когда Россия на современной политической арене лишается связей с Европой, которой не хочет дать командовать собой, но укрепляет связи с Азией, с Китаем, Казахстаном, Индией и др., - крупнейшими государствами, нашими традиционными верными союзниками.
«Все эти освобожденные нами (европейские – С,М.) народы тотчас же, еще не и не добив Наполеона, стали смотреть на нас с самым ярким недоброжелательством и с злейшими подозрениями. На конгрессах они тотчас против нас соединились вместе сплошной стеной… Теперь всякий-то в Европе, всякий там образ и язык держит у себя за пазухой давно уже припасенный на нас камень и ждет только первого столкновения. Вот что мы выиграли в Европе, столь ей служа? Одну ее ненависть!», - пишет Ф.М. Достоевский, будто из сегодняшнего дня, напоминая европейцам о заслуге России в освобождении всей Европы от наполеоновской армии и захвата. Правда, Ф.М. Достоевский еще не мог знать, что позже, в 1945 году, Советский Союз освободит мир еще и от гитлеровской чумы фашизма. То есть Россия дважды спасала не только себя, но и всю Европу от захвата, от смертей миллионов людей, от рабства.
Однако, «Все эти освобожденные нами (европейские –С.М.)народы тотчас же, еще и не добив Наполеона, стали смотреть на нас с самым ярким недоброжелательством и с злейшими подозрениями. На Конгрессах они тотчас против нас соединились вместе сплошной стеной… Теперь всякий-то в Европе, всякий там образ и язык держит у себя за пазухой давно уже припасенный на нас камень и ждет только первого столкновения. Вот что мы выиграли в Европе, столь ей служа? Одну ее ненависть!» - пишет мыслитель будто из сегодняшнего дня.
Может показаться, что Ф.М. Достоевский противопоставил Россию Европе. Нет! Человек, который жил в Италии, творил во Флоренции, восхищался великой культурой Италии, не мог это сделать. Это была боль патриота России, русского до последнего дыхания человека за пренебрежение Европы еще только встающей на ноги Россией; это была боль за неустроенность России, когда другие страны, где он бывал, уже продвинулись в своем историческом развитии; боль за присущую русскому народу доброту и открытость души, составляющих самую суть русского народного духа, не понятые европейцами, не оцененные ими и принятые за слабость.
Это была боль человека-патриота, желающего поставить свою страну на заслуженную высоту рядом с другими европейскими странами и выше их и на себе испытывающего муки, в которых рождалась Великая Россия.
И если душа России состоит из духа каждого отдельного гражданина, то это устами Достоевского говорит дух России, ее планы и ее стремления, которым в скором времени предстояло осуществиться.
Автор: С.М. Махмудова, доктор филологических наук, профессор кафедры «Лингводидактика и межкультурная коммуникация» института «Иностранные языки, современные коммуникации и управление» Московского государственного психолого-педагогического университета.